Бьет — не значит любит: как защитить жертв домашнего насилия

История сестер Хачатурян, убивших отца, который годами над ними издевался; трагедия в Петербурге, где 63-летний историк Олег Соколов убил свою аспирантку и возлюбленную Анастасию Ещенко; драма Маргариты Грачёвой, которой муж в порыве ревности отрубил кисти рук — это только самые громкие случаи домашнего насилия в России за последнее время.

Но чаще всего, если дело не доходит до крайностей вроде убийства или членовредительства, агрессивный супруг никогда не становится фигурантом уголовного дела, и издевательства продолжаются годами. Ведь сейчас закон не знает такого понятия — «домашнее насилие». И это приводит к тому, что полиция просто не видит в этом состава преступления, а на жалобы жертв следует ответ «если вас убьют, обязательно выедем». Наиболее вопиющий случай произошел в 2015 году в Нижнем Новгороде, где отец семейства убил и расчленил шесть своих детей и супругу, которая, как потом выяснилось, многократно обращалась к участковому с просьбой защитить ее и детей от жестокого и психически больного мужа. Все ее обращения каждый раз оставались без ответа. В итоге под суд пошел не только убийца, но и полицейские.

Но еще чаще сами супруги сами не хотят выносить сор из избы. По некотором данным, домашнее насилие встречается в каждой четвертой российской семье, но большая часть пострадавших так и не решаются обратиться в полицию.

Однако точных цифр нет: из-за отсутствия заведенных дел невозможно понять, сколько жертв спрятано за закрытыми шторами и дверями.

Судебный процесс по одному из самых показательных случаев не так давно завершился в Орле. Еще в ноябре 2016-го 36-летняя Яна Савчук пожаловалась в полицию на своего сожителя Андрея Бочкова, который угрожал ей убийством. Однако женщина-полицейская, приехавшая на вызов, не только не защитила пострадавшую, но и решила «успокоить» ее: «Труп опишем, не переживайте».

Через пять минут после отъезда участковой мужчина убил сожительницу. В мае 2017 года убийцу приговорили к 13 годам колонии. А уже в июле этого года бывшая сотрудница Наталья Башкатова, которую когда-то признавали лучшим участковым города, была приговорена к двум годам колонии-поселения.

Похожий случай в сентябре прошлого года произошел в Чувашии. Там мужчина, который в 90-х был судим за двойное убийство, задушил веревкой 37-летнюю супругу. При этом за месяц до преступления женщина жаловалась в полицию, что муж угрожает ей, однако тогда заводить уголовное дело никто не стал. В итоге убийцу приговорили к 15 годам заключения.

А Виктория Школьникова из Челябинска сама едва не оказалась за решеткой. Она едва не погибла в очередной ссоре с мужем-тираном, закончившейся избиением на глазах у малолетнего сына. Пытаясь себя защитить, женщина схватила нож и ударила мужа. Пострадавшему супругу она сама вызвала скорую, а вот в полицию Школьникова обратиться не успела — раньше нее это сделал теперь уже бывший муж. В итоге женщина получила три года условно.

Не обошла тема домашнего насилия и российских знаменитостей. Так, недавно Ольга Бузова призналась, что сталкивалась с этой проблемой. Всем женщинам, которые оказались в подобной ситуации, певица посоветовала «не бояться уходить».

Ольга Бузова: «Помню, что мне было страшно кому-то об этом сказать. Я не хотела, чтобы об этом кто-то знал. По себе знаю: всегда стыдно, когда происходят в семье такие страшные вещи. И знаю, что в этом состоянии страха живет огромное количество женщин. Но не надо бояться уйти. Мне многие говорили в свое время: мол, как ты справишься одна? Ничего, справилась».

Впервые законопроект о домашнем насилии был внесен в Госдуму в 2016 году, но тогда он не прошел даже первое чтение. До февраля 2017-го побои «в отношении близких лиц» фигурировали в статье 116 Уголовного кодекса («Побои»), но потом был принят закон о декриминализации побоев в семье. Он вывел побои в отношении близких родственников из разряда уголовных преступлений, если они зафиксированы впервые. Уголовное наказание домашним тиранам грозит лишь за повторный случай насилия в течение последующего года.

Изначально инициаторы поправок говорили, что наказание смягчают за родительские шлепки и подзатыльники, и утверждали, что сама возможность уголовного наказания за побои родственников может нанести «непоправимый вред семейным отношениям». Однако на деле закон дал неожиданные результаты. Как заявил глава МВД Владимир Колокольцев, суды, имея возможность приговаривать домашних тиранов к аресту или обязательными работами, предпочитают ограничиваться штрафами. А уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова признала декриминализацию побоев ошибкой.

С тем, что пора ужесточить наказание, соглашаются и психологи. Ведь порой их помощи недостаточно. Обидчик остается на свободе и продолжает издеваться и распускать руки: зачастую следов от побоев просто нет, но от этого они не перестают быть побоями.

Алёна Садикова, директор кризисного центра: «Иногда они не видят той опасности, в которой находятся. Часто это бывает попытка удушения, закон не может женщину защитить, если не сломана конечность. Всего грозит 3 тысячи штрафа. Все равно, что за неправильную парковку автомобиля».

Не найдя помощи в России, женщины начали обращаться в Европейский суд по правам человека. Минувшим летом ЕСПЧ впервые вынес решение по делу пострадавшей от домашнего насилия россиянки, взыскав с российских властей 20 тысяч евро в пользу 35-летней жительницы Ульяновска Валерии Володиной, которую в течение нескольких лет преследовал бывший партнер. Три года российская полиция не заводила уголовное дело, так как не находила в его действиях состава преступления. Уголовное дело завели лишь в 2018 году, когда бывший партнер выложил в Интернете интимные фотографии Володиной. Женщина снова обратилась в полицию, чтобы ей предоставили защиту, но в областном МВД эту меру сочли избыточной. Тогда Володина обратилась в ЕСПЧ.

Присудив женщине компенсацию, Европейский суд отметил пробелы в российском законодательстве, в котором нет понятия «домашнее насилие» и нет охранных ордеров для жертв. Суд счел, что таким образом российские власти не признают важность проблемы насилия в семьях.

Летом этого года Европейский суд, где рассматриваются дела четырех россиянок, в том числе Маргариты Грачёвой, которой муж отрубил кисти рук, направил правительству РФ ряд вопросов. Так, в ЕСПЧ поинтересовались, признают ли в Москве серьезность и масштабы проблемы домашнего насилия и связанной с ним дискриминации женщин. Ответ Минюста РФ заключался в том, что «серьезная проблема насилия является общей для многих стран, в том числе актуальна для РФ».

О том, что закон, предусматривающий наказание за домашнее насилие, назревал давно, говорят и депутаты. Однако сначала нужно внимательно проработать все детали. Ведь важно понимать, когда речь идет об угрозе жизни, а когда это просто разногласия, которые бывают в каждой семье. Перед тем, как законопроект попал в Госдуму, его подробно прорабатывали парламентарии, психологи и общественники. Дискуссии о том, каким должен быть итоговый вариант закона, не прекращаются до сих пор.

Закончить работу над законопроектом в Госдуме пообещали к 1 декабря, однако кое-что о документе уже известно. Первое и главное — в законопроекте четко описан термин «домашнее насилие» («умышленное противоправное деяние или угроза его совершения в отношении близких родственников») и его виды — физическое, сексуальное, психологическое и материальное.

Хана Корчемная, психолог: «Сейчас люди практически не знают, как отличить конфликт от насилия. Появится возможность хоть как-то ориентировать людей, чтоб была правовая база для этого».

И не менее важно, что в законопроекте появилось понятие «преследование». Речь идет не только о прямых угрозах или физическом насилии в отношении жертвы — это и навязывание своего общества против воли другого человека, и попытки преследовать дома и на работе, как это бывает между бывшими супругами. Другими словами, это могут быть любые действия, вызывающие у жертвы страх за свою безопасность.

Депутаты предлагают ввести защитные предписания, которые запрещают преследователю приближаться к жертве на определенное расстояние (не менее 50 метров). Предусмотрено даже временное отселение обидчика из квартиры. За нарушение этих предписаний будет грозить не только административная, но и уголовная ответственность.