Живущий под Псковом малочисленный народ сето сохранил свои традиции и культуру

Песни здесь пели задолго до прихода русичей и основания Псковского княжества. Вместо бубнов использовались серебряные ожерелья, которые, как и слова, передавались из поколения в поколение.

Варвара Упин, артист хора «Птенцы»: «Чем ожерелий больше, тем женщина показывала себя богаче, а если они звонко звенели, то отпугивали злых духов. Я — сето, потому что мой отец родился в Эстонии, и он сето».

Свои дивные костюмы сето носят не каждый день. В магазин сходить или подоить корову сподручнее в чем-то другом.

Анастасия Маяк: «Я все время с бабушкой занималась, меня как-то родители оставили с ней летом, так я и творог делала, и масло крутила. Бабушка меня учила готовить, сама периодически рецепты спрашиваю. Один из любимых — пирог с ревенем».

Горячий сыр с тмином, квашеная с перловкой капуста, главное блюдо, мясо-молочный суп. Даже не верится, что всего в получасе езды стоит Псков с его привычной русской кухней. Бросается в глаза и декор.

Хелью Маяк, председатель «Этнокультурного общества народа сето»: «Мы называем их „боговы полотенца“. Сето — единственный народ, который делает полотенца для бога, потому что они нигде больше не используются, кроме как на иконе. Это очень сложное ткачество».

Откуда вообще взялись сето, ученые точного ответа не дают. Ведущая теория гласит, что это потомки одного из финно-угорских племен, которое в Средние века оказалось зажато между землями католического Ливонского ордена и православного Псковского княжества. К XV веку сето все-таки выбрали русскую церковь, она спокойнее отнеслась к их языческим обычаям.

Например, сетуский бог плодородия Пеко никуда не делся и со временем стал героем местного фольклора. Посохом Пеко мог просить у бога погоду, солнце или дождь. И именно Пеко предсказывал строительство печорского монастыря: когда он шел умирать в священную пещеру, на священной горе он втыкал свой посох с мыслями: «Если из этого посоха вырастет дуб, то народ сето сохранится, народ сето будет жить». Самое интересное, что народ сето живет, в монастыре дуб растет, ему более 600 лет.

Представители сето собирают желуди от этого дуба и рассаживают возле своих домов. Рядом с древним деревом находятся три больших камня, которые местные очень почитают.

Иеромонах Никон (Горохов), насельник Успенского Псково-Печерского мужского монастыря: «Очень почитают эти места, потому что они древние, тем более находятся на территории монастыря. В глубине пещер мощи святых покоятся, поэтому это почитание очень органично. Сето устраивают крестные ходы, в которых участвуют в национальных одеждах».

В некоторых печорских церквях специально для сето до сих пор служат на эстонском языке. Эстонский сето понимают, но говорят между собой на своем — сетуском. Он вместе с их песнями даже внесен в списки наследия ЮНЕСКО.

Андрей Манаков, доктор географических наук, профессор кафедры географии Псковского государственного университета, куратор Центра изучения культуры сето: «Они занимались посреднической торговлей между, собственно, Псковской губернией и Лифляндской губернией, потому что язык схожий, им это удобнее было».

Настоящей бомбой замедленного действия в истории сето стало решение партии от 1945 года об изменении границ между Эстонией и РСФСР, в результате которого она стала проходить по речке Пимжа, впадающей в Псковское озеро. По обе ее стороны осталось примерно поровну сето, где-то по 7 тысяч человек с каждой, чьего мнения, конечно, никто не спрашивал, они тогда по документам вообще за отдельный народ не считались. Кто же знал, что в 1991 году тот эстонский берег для тысяч семей вдруг окажется чужим.

Данные последних переписей говорят о том, что в России сето осталось немногим больше 200 человек, в Эстонии — порядка 10 тысяч. Постоянные переходы границы в гости и по работе стали для них нормой жизни. Во времена COVID-19 было почти невыносимо — досмотры участились, а графики сократились. С этого месяца тот же КПП в Нарве будет работать с 7:00 утра до 19:00.

Хейно Кадаямяги: «Прибирать за могилами, границу закрыли, живущие в Эстонии люди приехать не могут, переживают, что зарастет травой. Раньше семьи были большие, у бабушки было много детей, у мужа много родных осталось в Эстонии».

Сейчас российские сето ищут новые опоры для подъема своего народного духа — развивают музей-усадьбу, где обучают туристов всевозможным промыслам, участвуют в областных фестивалях.

Иллиана Петрова, министр культуры Псковской области: «Внимание мы уделяем и социальной поддержке народа сето. Единовременная выплата семьям сето с детьми предполагается в регионе. Министерство сельского хозяйства возмещает часть затрат на посев сельхозкультуры».

Руководительница сетуского детского хора дошла до президента и рассказала ему о национальной кухне на примере капусты с перловкой. Владимир Путин сперва удивился, а затем вдохновился. Теперь Елена Вариксоо рассчитывает получить грант на проведение кулинарного фестиваля. Плоды все эти старания приносят: сето становятся все популярнее, в Печоры сегодня многие едут не в монастырь, а к ним в гости.