Житель Санкт-Петербурга после смерти не смог обрести вечный покой из-за спора его матери и спутницы жизни, на которой он не был женат официально. Две женщины не могут выйти на диалог и отпустить покойного в последний путь. Одна кремировала тело, а вторая не отдает документы о смерти. Одна говорит, что последняя воля усопшего — кремация, вторая — погребение.
У Елены Словесной уже не осталось слез, чтобы выразить свою скорбь по утрате сына, который умер после продолжительной болезни в начале этого лета. Вся жизнь женщины полна горьких страниц: она ребенком пережила блокаду. В те сложные годы войны Елена Николаевна потеряла почти всю семью, она до сих пор помнит, как самые близкие ее сердцу люди уходили прямо на глазах.
Елена Словесная: «В семье из девяти человек остались трое, трое выжили. Погибли двое детей и остальные взрослые. Я потеряла отца».
Весть о смерти сына сильно подкосила Елену Николаевну, она даже не смогла пойти попрощаться. Женщина считает, что никто ее на траурной церемонии не ждал. Отношения с сыном и невесткой в последние годы сильно испортились. Виктория и Вадим отдалились и перестали интересоваться ее жизнью. Для пенсионерки стало сюрпризом, что сына решили кремировать, а не захоронить рядом с могилами их родственников.
Елена Словесная: «Я не хотела кремировать, я не хотела, я хотела его похоронить. Мне тяжело говорить это, потому что я не ожидала, я думала, что он меня будет хоронить. Мне уже
Так получилось, что урна с прахом, ставшая символом семейного раздора, сейчас находится в крематории. Все дело в документах. У матери усопшего на руках свидетельство о его смерти, а у его сожительницы — чек об оплате похоронных услуг. Согласно закону, только при наличии обеих справок можно забрать урну.
Возлюбленная усопшего прожила с ним 20 лет. Они так и не узаконили отношения, но считали друг друга супругами. Вадим Словесный, тяжело болевший в последние годы, той, кого он считал женой, озвучил свою последнюю волю: тело кремировать и развеять прах в любимом месте. Конфликт между самыми важными в жизни покойного женщинами, судя по всему, длится очень давно.
Юлия Найдён, сестра Вадима Словесного: «Я Викторию эту видела всего два раза. Один раз, когда я приехала познакомиться, второй раз она была
Сожительница Виктория, пытаясь уладить конфликт, предложила разделить прах. Так и она могла бы исполнить волю умершего, а его близкие провели бы подзахоронение. Но другая сторона отказывается от всех вариантов.
Виктория Калинина, сожительница Вадима Словесного: «Мы предлагали им всякие варианты, мы им писали, они блокируют нас, они грозятся вызвать полицию. Для нас было важно не Елене Николаевне угодить, а исполнить последнюю волю Вадима».
Эксперты говорят, что у семьи усопшего сильная позиция: они близкие родственники, это подтверждено документами, а сожительница хоть и была с ним треть жизни, по сути, теперь чужой человек. Если последняя воля Вадима Словесного не была официально оформлена как завещание, шансов у его возлюбленной в суде мало.
Иван Банников, адвокат: «Урна с прахом может быть выдана близким родственникам умершего, уже они определяют место захоронения. К близким родственникам умершего относятся в том числе родители».
На тяжбу у сторон остается не так много времени. Урна не может бесконечно храниться в крематории, его сотрудники вправе ее утилизировать, если никто не объявится в ближайшие месяцы.