Кто будет воспитывать двухлетнюю девочку, которая осталась без родителей, решит суд города Сольцы Новгородской области. Отец ребенка погиб на СВО, с матерью трагедия случилась этой зимой — она попала в ДТП. Но у девочки есть прабабушка. Ольга Адамович сразу после гибели внучки собрала все нужные документы и отправилась оформлять опекунство, но девочку уже забрали в чужую семью. Якобы о существовании родственницы никто не знал. А опекуном ребенка стал глава того самого района, где органы опеки решали, с кем будет жить девочка.
Уже несколько месяцев Вера (имя изменено) живет в совсем чужой семье опекунов, куда попала после смерти мамы. Хотя по всем регламентам и чисто человеческим понятиям должна была остаться с прабабушкой. Ольги Адамович — единственный родной человек осиротевшего ребенка — имеет приоритетное право опеки.
Как так получилось, что о ней забыли и фактически лишили права заботиться о правнучке, Ольга Адамович разбирается с начала зимы, когда мать ребенка трагически погибла. Осиротевшего ребенка поместили в приют в городе Сольцы Новгородской области. Пенсионерка сразу начала готовить документы на опекунство.
Как только Ольга собрала весь пакет необходимых справок и преодолела 700 километров из Вологды, где живет, в Новгородскую область, чтобы наконец забрать ребенка, впала в ужас. Девочки в приюте не оказалось! Выяснилось, что параллельно с женщиной условия для жизни малышки готовил Максим Тимофеев. Это чиновник, глава администрации Солецкого муниципального округа, семье которого очень приглянулась осиротевшая девочка. По сути, они опередили прабабушку и стали полноправным опекунами малышки.
Дарья Кривошеина, крестная мать девочка: «Тяжело ее было видеть. Это просто как зомбированный ребенок, она стоит и не было ни эмоций, ничего. А когда раньше она видела близких ей людей, улыбка не сходила с ее лица».
В годик девочка осталась без отца. Он погиб на СВО. А в этом году сразу после новогодних праздников не стало ее мамы.
Можно было предположить, что ребенка не стали отдавать прабабушке
Параллельно с решением суда, от которого зависит дальнейшая судьба ее правнучки, Ольга ждет результатов расследования по уголовному делу о злоупотреблении должностными полномочиями.
Уже несколько месяцев Вера (имя изменено) живет в совсем чужой семье опекунов, куда попала после того, как стала круглой сиротой. Ее отец героически погиб на фронте два года назад, мамы не стало в этом январе. По всем регламентам и чисто человеческим понятиям девочку должны были отдать прабабушке. Ольга Адамович — единственный родной человек ребенка — имеет приоритетное право опеки. Но ее опередили.
Чиновник Максим Тимофеев и его жена Надежда живут и работают в городе Сольцы, это Новгородская область. Там в январе трагически погибла мама девочки. Каталась на тюбингах с друзьями и попала под машину. По злой иронии, информацию об этом Максим Тимофеев, как официальное лицо округа, сам публиковал на своей странице в соцсетях. Параллельно он готовил документы на опеку малышки. В это же время пакет необходимых справок собирала и прабабушка. В родной Вологде, где живет. Женщина не догадывалась, что она далеко не единственный претендент на ребенка.
Она собрала все справки в срок, преодолела 700 километров из Вологды в Сольцы, чтобы забрать ребенка, и впала в ужас: девочки в приюте не оказалось. Ее уже забрали в семью главы Сольцов, а прабабушке органы опеки доходчиво объяснили, что там девочке будет лучше.
Надежда Гольцова, адвокат Ольги Адамович: «Звонили и предлагали ей отказаться от опеки в пользу высокопоставленного чиновника. Говорили, что в семье чиновника будет лучше, поскольку семья полная и финансовое положение лучше, чем у бабушки».
Вот и получилось так, что более приоритетными «родителями» для сироты, по мнению органов опеки города Сольцы, стала семья главы администрации. Все логично. Пусть и внешне благополучная, но для ребенка — совсем чужая. Хотя, как утверждает сам Максим Тимофеев, теперь у них идиллия. Его супругу Вера называет мамой, а его — папой.
Максим Тимофеев, глава администрации Солецкого муниципального округа: «Мы же не пытаемся собой заменить ребенку родственников. Мы просто для ребенка стали мамой и папой. Если решение суда вдруг будет не в нашу пользу, то ребенок не переедет к прабабушке, ребенок поедет в детский дом. Приоритетное право у семьи! У прабабушки приоритетного права нет».
Почему из такого огромного числа
Максим Тимофеев: «Мы стараемся, чтобы негатив максимально обходил ее стороной. Она растет, она ходит в садик, у нее все замечательно. У нас появился большой словарный запас, мы стали хорошо кушать кашу с утра, поэтому все хорошо, ждем дня рождения».
Семья участвует еще в одном процессе. Супругу чиновника Надежду часто видят в суде по делу о гибели матери малышки. Как новому опекуну ребенка ей важно, как разрешится суд. Она настояла на том, чтобы девочку признали потерпевшей. Так что, судя по настрою, отдавать малышку прабабушке без боя новые «родители» не намерены. Даже несмотря на то, что следователи уже поставили под сомнение законность передачи девочки в семью. Они расследуют уголовное дело о злоупотреблении должностными полномочиям