Финал громкого процесса

В суде Мюнхена завершился один из самых громких за последние годы судебных процессов по преступлениям времен нацизма. 91-летний Иван Демьянюк признан виновным в пособничестве гитлеровцам. В годы войны он работал надзирателем в концлагере Собибор, и прокуратура настаивала, что на его совести жизни тысяч евреев. Суд с этими утверждениями согласился.

Корреспондент НТВ Константин Гольденцвайг узнал, сколько лет Демьянюку предстоит провести за решеткой.

Суд вынес вердикт. Приговор оказался даже мягче, чем того желала прокуратура. Гособвинение требовало для Демьянюка шесть лет лишения свободы, а суд приговорил его к пяти годам. Но на самом деле адвокаты Демьянюка уверены, что и это решение совершенно неправомочно, они будут его обжаловать, так как убеждены, что их клиент невиновен. Напротив, немецкое государство ему, лицу без гражданства, должно выплатить солидную компенсацию за причиненный ущерб.

Хотя если учесть, что по заключению немецких врачей Демьянюк мог участвовать в заседаниях лишь в собственной койке или кресле полулежа и не более полутора часов в день, говорить при таком раскладе о каком-то ущербе, тем более о мучениях, на самом деле, конечно, не приходится.

Как бы то ни было, сегодня в Мюнхене мы, очевидно, стали свидетелями последнего крупного процесса, связанного с преступлениями нацисткой эпохи. Сегодня в центр баварской столицы к зданию суда приехало немало родственников узников лагеря Собибор. Эти люди и их адвокаты не скрывали своего удовлетворения после вынесения приговора.

Розетта Кац, родственница бывшего узника концлагеря Собибор: «Любой человек, в каких бы обстоятельствах он не оказался, должен следовать своей совести. И даже у Демьянюка, не по собственной воле ставшего надсмотрщиком в Собиборе, была пусть и малейшая, но возможность избежать преступлений, отказаться, попробовать бежать. Но он выбрал другой путь».

Вообще то, что здесь сегодня наконец-то произошло, может лишь непосвященным показаться закономерностью. Дело в том, что накануне адвокаты Демьянюка предприняли последнюю возможность отсрочить вынесение вердикта и подали 32 новых ходатайства с доказательствами, опровергающими вину Демьянюка.

Гюнгер Мауль, адвокат Ивана Демьянюка: «Даже если сегодня суд не примет нашу сторону, мы готовы обжаловать это решение в Верховном суде. Пусть нам там объяснят, насколько правомерно судить человека за преступление 70-летней давности, к которым он если и имел отношение, то исключительно косвенное».

В процессе над Иваном Демьянюком так было уже не раз. Казалось, что вот-вот приговор будет вынесен, Демьянюк будет осужден, но его адвокаты всякий раз использовали последнюю возможность, чтобы оттянуть вынесение вердикта. Очевидно, в этом состояла их стратегия — как можно дольше тянуть резину и дождаться того, чтобы Демьянюка в конечном итоге признали слишком старым, недееспособным и попросту сжалились над ним. Но эта тактика себя не оправдала.

Гюнгер Мауль, адвокат Ивана Демьянюка: «Именно поэтому, на наш взгляд, не так важно, был ли Демьянюк офицером СС или просто винтиком в системе. Человек, причастный к убийству 28 тысяч узников концлагеря, должен отвечать за свои преступления, пока он жив и дееспособен. Это должно быть сигналом всему миру».

Гособвинению на этом процессе противостояли действительно очень мощные юристы, использовавшие весь арсенал доступных им средств. До этого, например, они уже говорили, что Демьянюка в принципе нельзя осудить за эти преступления, потому что, дескать, в лагерь Собибор, где он служил надсмотрщиком, его привела не добрая воля, а судьба. Судьба изнуренного и изголодавшегося военнопленного, не питавшего добрых чувств к советской власти.

Довод самого обвиняемого тоже довольно экзотический. Он состоял в том, что, согласно рассекреченным недавно данным ФБР 80-х годов (Демьянюка ранее судили и в Америке), удостоверение сотрудника лагеря Собибор, которое он получил в 42-м, на самом деле являлось ничем иным, как фальшивкой, сфабрикованной в КГБ.

Впрочем, гособвинению и прокурорам удалось опровергнуть и эти доводы. И вот теперь как никогда высока вероятность, что этот человек понесет заслуженное наказание.