Тайны следствия

Адвокаты Петербурга против Следственного комитета России. Сегодня противостояние защитников и обвинителей вышло за рамки судебных процессов и стало достоянием общественности.

Обратиться с отрытым письмом к президенту и к журналистам, как объяснили юристы, их вынудили те методы, которые используют следователи при работе над несколькими уголовными делами по рейдерским захватам.

Корреспондент НТВ Алексей Кобылков выслушал защитников.

Все выступавшие сегодня в «Интерфаксе» говорили о том, что это их крик души, что им действительно страшно и что больше невозможно терпеть. И было бы привычно, если бы это говорили борцы за права нацменьшинств или, например, обманутые дольщики. Но выступали профессиональные адвокаты.

Недопонимание между адвокатами и следователями возникло в 2006 году, когда в Петербурге был создан Следственный комитет при прокуратуре, который, по словам адвокатов, задал свои правила игры.

Олег Филиппенко, адвокат: «Вначале находится ответ, а потом под этот ответ пишутся условия задачи. Следствие заранее назначает главными преступниками тех или иных людей, а потом под эту мысль, по эту идею начинают добывать доказательства всеми доступными им способами».

СКП, сегодня СКР — Следственный комитет России, был образован, в первую очередь, для расследования многочисленных рейдерских захватов в Петербурге. Адвокаты говорили сегодня приблизительно о десяти разных уголовных делах и удивлялись, что в большинстве случаев свидетелями обвинения выступают одни и те же люди. А сами процессы часто связаны с руководством петербургского ГУВД.

Игорь Сочиянц, адвокат Владимира Сыча, бывшего заместителя начальника УБОП ГУВД Санкт-Петербурга: «То же самое произошло и с моим подзащитным. Схема, свидетели, подозреваемые, подозреваемых за решетку, нужные показания, подозреваемые выходят. Мой клиент попадает в камеру.

Дальше проще — коррупционная составляющая. Мол, будьте любезны, показания на генерала Пиотровского и окружение губернатора. Это предложение делал моему клиенту чемпион по взяткам в закрытых помещениях Гривцов. Его так называет мой подзащитный».

Понуждение свидетелей к даче заведомо ложных показаний, фальсификация документов по делу, заключение под стражу с целью устрашения — список нарушений, в которых адвокаты сегодня обвиняли следователей, выглядит более чем внушительным.

Евгений Москалёв, адвокат: «Это такое оригинальное ноу-хау, я за свою практику первый раз с таким встречаюсь… 25 человек в форме, которые просто находятся в зале и которые своим внешним видом, своей формой, своим поведением пытаются, во-первых, оказать давление на тех свидетелей, которые дают нужные показания. Но эти свидетели не совсем стойкие, чтобы подтвердить показания в суде».

Показательно, что большинство выступавших предпочитали не говорить о невиновности своих подзащитных. Почти рефреном звучало: может, виновны, может, нет, это не предмет разговора. Важно, что в принципе невозможно работать и что нет методов борьбы, когда у следователей и в то же время надзирателей есть почти неограниченные полномочия.

В отличие от судебных заседаний, на сегодняшнем мероприятии никакой группы следователей в зале заметно не было. Так что никакого психологического давления на адвокатов не оказывал. И, вероятно, никаких ложных показаний никто не давал. Впрочем, сейчас не кажется особенно вероятным, чтобы именно это заседание всерьез повлияло на ход всего процесса.