Летом правительство подготовило список стратегически важных лекарств, куда включили самые нужные препараты — от популярных антибиотиков вроде азитромицина до сложнейших городских препаратов от рака.
Цель простая — заставить наши заводы производить их с нуля внутри страны на случай перебоев с импортом. Ведь по упаковкам 80% в больницах — наше. Но в рублях доля российских препаратов — всего 47%. В основном закрывается потребность по шприцам, физраствору и недорогим таблеткам. А самые современные лекарства мы покупаем за рубежом.
Вячеслав Краснов, основатель экосистемы международных отраслевых фармацевтических предприятий: «Те препараты, которые включены в данный список, должны производиться по полному циклу на территории Российской Федерации, начиная от производства и синтеза фармацевтической субстанции и заканчивая упаковкой, то есть производством готовой лекарственной формой».
Фармацевтический суверенитет — штука хорошая, но разработка новой молекулы стоит миллиарды. Поэтому изобретатели получают эксклюзивное право продавать ее 20 лет.
Весной Конституционный суд напомнил: если лекарство необходимо стране, но на мировом рынке дефицит или цены завышена, государство может выдать принудительную лицензию. Свежий пример — знаменитый датский «Оземпик» (Ozempic). Во всем мире его раскупали, поэтому в России стали выпускать копии.
Но часто так делать нельзя. Зарубежные фармгиганты могут прекратить поставки других лекарств, оставив наших пациентов без уникальной терапии редких болезней.
Юрий Киселёв, фармаколог: «Понятно, что чем современнее препарат, чем он новее, чем он более прецельный, например, скорее всего, он производится только одной фирмой, которая его и разработала. И могут быть проблемы».
Но и многие простые привычные нам лекарства тоже по сути импорт, даже если на коробке написано «Сделано в России». Завод зачастую покупает готовое действующее вещество в Китае или Индии, привозит его в Россию, смешивает с крахмалом, прессует в таблетки и пакует в блистеры.
После распада СССР наша химическое производство лекарственных основ сократилось в 20 раз. Азиатам сейчас принадлежит мировая монополия — им это делать банально дешевле. Выгоднее купить мешок готового порошка заграницей, чем строить огромный химкомбинат.
Илья Ясный, эксперт в области фармакологии, кандидат химических наук: «Если смотреть только прямые затраты, то разработки — это примерно 500 млн долларов, иногда миллиард. Речь о прямых затратах, необходимых для того, чтобы вывести одно лекарство на рынок».
С вакцинами ситуация выглядит лучше, благодаря отечественным гигантами рынка. Они стабильно штампуют десятки базовых прививок. «Нанолек» прямо сейчас выпускает на рынок первую нашу вакцину против вируса папилломы человека.
Но полностью закрыть потребности своими силами пока еще не получается. Любимое среди родителей детская французская вакцина «пентаксим» пока у нас не производится. Прививок от ротавируса и ветряной оспы собственной сборки в России тоже до сих пор нет.
Закрывать этот пробел вызвался «Фармстандарт», подписавший в июне контракт на строительство мегазавода. Правда, запустить производство обещают только в в 2029 году, а первые вакцины появятся в
Все выпуски программы «Место встречи» на NTV.RU