Факт холокоста литовскими властями признаётся, но при этом полностью замалчивается активное участие в нем литовских националистов. Геноцид осуществлялся на основе официальной доктрины Третьего рейха. Согласно архивным документам, только на территории прибалтийской республики пособниками были убиты порядка 200 тысяч евреев.
Во второй день войны немногочисленные части Красной Армии были вынуждены покинуть Каунас — второй по величине и значению город Литовской республики. И он оказался в руках местных националистов, начавших устраивать массовые еврейские погромы. Они грабили, избивали, насиловали и выкидывали из квартир всех, не щадя ни женщин, ни детей, ни стариков.
Спустя всего неделю в Каунасе был создан первый концлагерь для мирных граждан. А сама Каунасская резня вошла в историю как одна из самых масштабных операций по уничтожению евреев в Литве. Более 15 тысяч человек, в том числе около 3 тысяч женщин и 4 тысяч детей, были убиты литовскими националистами только за первые четыре месяца войны.
Условия жизни в гетто были невыносимы, вспоминает пережившая холокост Джудит Левитан. Созданные в Вильнюсе, Каунасе и других литовских городах, они были еще одним инструментом геноцида евреев в Литве. Его жертвами, по разным оценкам, стали от 200 до 212 тысяч человек.
Эфраим Зурофф, директор Центра Симона Визенталя в Иерусалиме: «В Литве во время нацистской оккупации проживало около 220 тысяч евреев, из которых в живых осталось лишь 8 тысяч человек. И была фактически создана новая — ложная — версия исторического повествования, которая всю ответственность за преступления холокоста возлагала на других. Сам холокост не отрицался. Говорилось, что холокост был ужасной трагедией, но виновниками были немцы, а не литовцы. Утверждалось, что литовцы сделали все возможное, чтобы помочь еврейскому населению».
У Григория Крицера, продюсера документальной картины «Последнее воскресенье августа», за время холокоста погибли более 30 родственников, в том числе почти вся семья отца. 29 августа
Григорий Крицер, продюсер документального фильма о геноциде литовских евреев: «Когда говорят о памяти холокоста, говорят, что есть жертвы, которые были убиты. Но никто не называет, кто это сделал. Более того, до сегодняшнего дня устанавливаются памятники тем, кто участвовал в этих убийствах, признавая их заслуги как партизан и борцов с советской властью, и не учитывается их роль как участников холокоста».
История Йонаса Норейки, одного из лидеров литовских националистов, лично отдававшего приказы о расстреле тысяч евреев, — лишь один из таких примеров. В его честь названы сельская школа и несколько улиц в Литве. Его внучка — журналистка, живущая в Чикаго. Перед смертью матери она пообещала ей написать о дедушке книгу. Но когда начала изучать факты, героизм предка показался ей очень сомнительным. После собственного расследования Сильвия выпустила в США книгу «Внучка нациста: как я узнала, что мой дед был военным преступником».
Сильвия Фоти, внучка Йонаса Норейки: «Литовцы говорили лишь о том, что во всем виноваты нацисты, что только нацисты несут ответственность за убийства евреев. Однако мои исследования показали, что литовцы также с энтузиазмом участвовали в убийствах евреев. И мой дед, к сожалению, был одним из них».
Однако, даже несмотря на это, Литовский государственный центр исследования геноцида утверждает, что Норейка — хоть фигура и неоднозначная, исключать его из пантеона национальных героев не стоит. Протесты, критика и обращения в суд со стороны многих ученых и организаций, занимающихся изучением Холокоста, тоже не в счет.
Владимир Симиндей, научный сотрудник Центра фундаментальных и прикладных научных проектов: «В Литве не прошла проработка своего прошлого. Наоборот, мы видим огромный откат. Ультранационалисты до недавнего входили в правящую коалицию. То есть там все националисты, так или иначе. Но бывают и откровенные людоедские
Для радикальных националистов в Литве существует полная свобода слова. И свобода действий. Большой вопрос, к чему эти действия приведут.