Реставраторы вернули петербургской консерватории бежевый цвет и особую акустику

Первые лекции и занятия в отреставрированной Санкт-Петербургской консерватории имени Римского-Корсакова начнутся 1 сентября, но только частично, заявил сегодня ректор вуза Алексей Васильев. Пока идут пуско-наладочные работы, ключи подрядчики не передают.

Впереди еще ожидается доставка музыкальных инструментов. Также ректор рассказал об уникальных возможностях, которые появятся у студентов обновленного здания.

40 классов оснащены мультимедиа-системой и позволяют моментально подобрать архивные записи, чтобы использовать опыт предыдущих поколений музыкантов. А девять аудиторий буквально перенесут учащихся в лучшие мировые концертные залы, они оснащены системой изменяемой акустики.

Не придется тратить драгоценные минуты на очереди в буфет. Алексей Васильев, вспомнив свои студенческие годы, признался, что из-за этого часто не успевал пообедать. Но теперь благодаря просторному кафе в атриуме консерватории этой проблемы у учащихся не будет.

Коллектив учебного заведения очень гордится историческими интерьерами, которые удалось восстановить строителям. И готовы даже организовать экскурсии для всех желающих.

Большой зал имени Антона Рубинштейна теперь может прятать эхо. Такую способность он получил благодаря системе переменной акустики. По команде оператора вдоль стен выдвигаются 75 экранов. Когда они задвинуты, зал с точки зрения преграждающих элементов пустой.

Кроме выдвигающихся полотен акустику зала может менять система «Вивачо». Ее применяют, если нужно приглушить эффект от электронных инструментов.

В Малом зале Глазунова акустика тоже уникальная. Но в отличие от Большого зала Рубинштейна благодаря не технологиям XXI века, а идеям XIX. Видимые глазу стены фальшивые. Сделаны из еловых досок, они удалены от настоящих каменных на 15 сантиметров. Но самую яркую акустическую фишку архитекторы XIX века придумали, возможно, сидя.

В зале установлены стулья со специальной перфорацией в виде лир. Отверстия сделаны для того, чтобы звук проникал сквозь стул и не отражался, пояснили в компании-подрядчике.

Но главный персонаж зала Глазунова — орган. Минувшая реконструкция для инструмента стала настоящим испытанием.

Орган был установлен в конце XIX века и за всю историю консерватории его механизм менялся трижды. Последний раз это делали вначале нулевых. Удалось спасти исторический корпус инструмента и, что самое интересное, происходило это вместе с реставрацией в самом Малом зале Глазунова.