От запрета — к признанию: «Собачьему сердцу» Булгакова исполняется 100 лет

У Михаила Булгакова всегда были сложные отношения с советской властью, но открыто выражать свою позицию писатель мог только через героев своих произведений. Принято считать, что главным прообразом профессора Преображенского из повести «Собачье сердце» стал дядя писателя — известный врач Николай Покровский.

Иван Назаров, заместитель директора Музея Михаила Булгакова: «По воспоминаниям первой жены Булгакова, Покровский сразу узнавался в Филиппе Филипповиче. Второй интересный момент — она вспоминает, что Покровскому не понравилось, как его изобразили в этой повести».

В Музее Булгакова хранится дубовый стол XIX века — рабочее место Покровского. Там же — секретер самого писателя, за которым он создавал свои произведения. В 1925-м автор представил «Собачье сердце» на собрании литературного объединения «Никитинские субботники». Слушатели хвалили Булгакова за смелое и правдивое изображение жизни тех лет. А вот сотрудник ОГПУ — структуры при НКВД — счел повесть опасной. Он писал, что вся вещь написана «во враждебных, дышащих бесконечным презрением к советскому строю тонах».

В Российской государственной библиотеке хранится первая машинописная редакция повести. Несмотря на симпатию к автору в литературном сообществе, печатать ее, по понятным причинам, отказались. Но автор не сдавался. В марте 1926-го Булгакову удалось заключить договор со МХАТом на постановку «Собачьего сердца». Однако увидеть большую сцену героям повести было суждено гораздо позже — вмешалась цензура. Более того, спустя два месяца в гости к писателю заявились сотрудники ОГПУ, которые изъяли повесть и дневники автора.

Несколько лет спустя благодаря ходатайству Максима Горького Булгакову вернули документы. Дневники писатель сжег и больше никогда не вел, а повесть убрал в долгий ящик. Впервые на русском языке ее опубликовали в Лондоне в 1968-м, спустя почти 30 лет после смерти автора. В том же году повесть издали во Франкфурте, еще годом спустя — в Париже. На родине «Собачье сердце» вышло в печать лишь в 1987-м.

Хотя Булгакова долгое время не издавали, читали его всегда. Единственным способом познакомиться с запрещенными произведениями был самиздат. Копии передавали из рук в руки тайно, ведь за распространение грозил срок. В фондах Музея Булгакова есть как достаточно поздний экземпляр, выпущенный в Одессе и датированный 1976 годом, так и более ранние экземпляры. В 1925-м редактор издательства «Недра», где автор рассчитывал опубликовать «Собачье сердце», дал почитать произведение своему родственнику Якову Гембицкому.

Мария Мишуровская, старший научный сотрудник отдела учета хранения музейных фондов Музея Михаила Булгакова: «Он сказал: „Прочти, это гениальная вещь“. Яков Самойлович, по семейной легенде, так впечатлился повестью, что всего за день переписал ее от руки. Почти наверняка это первый советский самиздат этой повести».

Благодаря одной из таких копий с произведением познакомилась советский режиссер Генриетта Яновская. Ее решение поставить «Собачье сердце» было первым в должности худрука Московского театра юного зрителя. В конце 80-х труппа объездила с гастролями Европу. Это был первый советский спектакль, который увидели в Израиле и даже в Турции, где коммунистическая партия была вовсе запрещена. Один итальянский журнал очень емко описал эффект от постановки: «Бесконечные очереди, зрители в восторге, критика неистовствует!»

После МТЮЗа «Собачье сердце» поставили сразу несколько театров, а повесть вышла в печать. Генриетта Яновская тогда сказала, что массовое увлечение произведением — результат невыплаченных долгов перед обществом и перед автором. «Этого, наверное, никогда нельзя сделать. Нельзя выплатить долги Мандельштаму, Цветаевой, нельзя. Можно только поклоняться, помнить, не забывать», — отметила худрук.