Жители освобожденных городов рассказали, как выживали в подвалах до прихода армии РФ

Торецком этот город ДНР стал в 2016 году, с 1936-го он был Дзержинском, а до этого — Щербиновкой. Теперь это снова Россия. Как и еще один важный для ВСУ и потерянный ими на прошлой неделе укрепрайон — Великая Новосёлка.

Достав из сумки консервы и воду, наш штурмовик успевает перебросить все это женщине через забор. Военные уйдут вперед, а гражданские, оставшиеся в городе, еще долго будут выживать как могут. Жителям помогают волонтеры. Они загружают УАЗик под самую бронированную крышу. И, кажется, даже на пассажирское место лучше бы поставить еще мешки, но руководитель фонда «Добрый ангел» Екатерина Мезинова рассказывает, что лучше ехать с напарником, который будет следить за небом.

Екатерина Мезинова, руководитель фонда «Добрый ангел»: «Детектор „Булат“ срабатывает на приближающийся дрон, и ты включаешь РЭБ».

Вторую машину, где едут волонтеры Андрей и Антон, надо успевать предупреждать по рации об опасности. Военные на дороге придерживаются той же тактики, говорит Екатерина.

В Селидово тоже лучше не убирать далеко этот датчик. Владимир Панченко показывает воронку рядом со своим домом.

Владимир Панченко, житель Селидово: «Девятиметровая воронка, очень большая. Когда прилетело, все дома вокруг содрогнулись и закачались, но, слава богу, земля сейчас мягкая, оно вошло, как нож в масло. Глина вся выстрелила, и больших разрушений не произошло».

Владимир родился, вырос и живет в Селидово. Сейчас у него серьезная общественная нагрузка — распределить привезенное. Очень скоро, узнав о приезде волонтеров с картошкой и луком, сюда потянутся люди.

От звуков взрывов местные уже давно не вздрагивают. От дронов, кроме систем РЭБ, защищает охотничье ружье. Типичная стрелковая позиция — кузов кустарного кабриолета. Такой апгрейд тут популярнее мангалов, вроде того, что на УАЗике. Впрочем, какую модель ни выбери, здесь все едут, идут и стоят, посматривая на небо.

Отставной полковник Сергей Тагиров приехал из Владимирской области. Он каждый день принимает беженцев.

Сергей Тагиров, волонтер: «Сидят в подвалах — черные, голодные. Мальчишку сюда посадили, купили ему колбасы. Он кричал: мама, колбаса!»

Этого мальчика зовут Глеб. Его папа воюет за ВСУ. Мама не хотела, чтобы мальчика эвакуировали на Украину, и прятала его. 65 дней они провели в подвале. Включая тот день, когда дом над подвалом загорелся.

В Авдеевском пункте временного размещения люди находятся по два-три дня. И для многих стоящие там раскладушки — счастье после того, что они пережили. Евдокии Гавриловне 90 лет. Всей улицей решили уходить из села Ясеновое. Шли 18 километров ночью пешком, пока не подобрали русские солдаты. Евдокию Гавриловну сын Леонид вез в садовой тачке.

Евдокия Светлая: «Не бросили меня нигде. Трудно нам было идти, ночь, дороги не видно. Меня везли, но им-то трудно было».

В трех домах от дома Любови Федоровны вчера был прилет. Сумка с вещами и одеяло — это теперь все, что у нее есть.

Любовь: «Ракета прилетела, двери упали на меня, все повалено».

Она не может стоять. Скорее всего, перелом. В пунтке временного размещения женщина ждет скорую. Она отказывается от чая, от предложения подкатить ее поближе к телевизору. Вчера во время атаки ее муж погиб.

Все выпуски программы «Центральное телевидение».