Война на истощение: что скрывает арсенал Ирана

Несмотря на заявления о том, что ракетный потенциал Ирана «фактически уничтожен», Иран продолжает наносить удары, а его способность быстро восстанавливать запасы, особенно в части беспилотников, ставит под сомнение возможность завершить конфликт на выгодных для Вашингтона и Тель-Авива условиях.

Как отмечает DW, оценки предвоенных запасов ракет разнятся — от 2,5 до 6 тысяч единиц. По данным Управления директора национальной разведки США, до войны Иран обладал самым большим и разнообразным арсеналом на Ближнем Востоке. Сейчас аналитики затрудняются оценить размер остатков. «Возможность запуска ракет ослаблена, но не исчерпана», — считает Бурджу Озджелик, аналитик Королевского объединенного института оборонных исследований (RUSI).

По наблюдению экспертов, после резкого падения интенсивности пусков (на 90% за первые две недели) точность попаданий парадоксальным образом начала расти: Иран стал выпускать меньше ракет, но поражать цели чаще. Кроме того, оказалось, что у Ирана есть ракеты с большей дальностью действия, чем считалось ранее, о чем свидетельствовали попытки ударов по британско-американской военной базе на острове Диего-Гарсия в Индийском океане в 4000 км от Ирана.

Главная головная боль — дроны. По оценкам, на начало февраля у Ирана было около 80 тысяч дронов Shahed, в основном модели 136 — дешевого (около 35 тысяч долларов), медленного (185 км/ч) летательного аппарата с дальностью до 2400 км и 40-килограммовой боеголовкой. Для их перехвата страны Персидского залива вынуждены использовать ракеты стоимостью в миллионы долларов, поднимать в воздух истребители, которые вынуждены замедляться почти до скорости сваливания, чтобы справиться с медленно движущимися БПЛА, и расстреливать их из пулеметов с вертолетов.

Кроме того, как подчеркивает NYT, производство дронов трудно подавить из-за его рассредоточенности. Для сборки не нужны огромные заводы — достаточно небольшой мастерской. «Проблема с подобными технологиями в том, что они стали доступны широкому кругу людей. Относительно легко согнуть алюминий, напечатать на 3D-принтере простой мотоциклетный двигатель, гораздо сложнее отследить, откуда это берется», — отмечает Максимилиан Бремер из американского Stimson Center.

По словам Ясира Аталана из Центра стратегических и международных исследований (CSIS), Иран «сможет производить еще больше, если эта война продолжится». Даже если заводы разбомбят, мощности можно быстро переместить или восстановить. Беспилотники проще запускать, чем баллистические ракеты. Их можно перевозить в кузове большого пикапа, накрыв брезентом, что позволяет избегать обнаружения.

Вопрос, стоящий перед военными планировщиками в Вашингтоне и Израиле, заключается в том, сколько беспилотников Иран еще спрятал или может построить, и хватит ли у них перехватчиков, чтобы сбить их до того, как это оружие сможет нанести дальнейший ущерб региональным союзникам и мировым энергетическим рынкам.

Ключевой вопрос для Ирана — сможет ли он восполнять потери. Ракеты заменить гораздо сложнее: бывший представитель Пентагона Алекс Плитсас оценивает, что до войны Иран мог делать 300 ракет в месяц, но сейчас это число могло сократиться до 40 в месяц или «одного дневного залпа». Дроны, по оценкам экспертов, в мирное время можно было производить со скоростью около 10 тысяч в месяц.

«Очевидно, что США пытаются нанести удары по производственным объектам, но существуют разные способы производства этих корпусов, — резюмирует Аталан из Центра стратегических и международных исследований. — Отследить это не так-то просто. Возможно децентрализованное производство. Для этого не нужны огромные производственные мощности».