Исламисты вербуют молодежь с помощью инфлюенсеров, обещая статус и успех

Как сообщает Euronews со ссылкой на немецкого эксперта по радикализации Каана Мустафу Орхона, новой мишенью вербовщиков стали уязвимые молодые люди с низким уровнем образования и ограниченными перспективами трудоустройства, которым обещают статус и чувство принадлежности к сообществу.

«Привлекательность в другом: в Сирии любой человек, независимо от происхождения и материального положения, может быстро подняться по социальной лестнице. Приехав в Сирию с одним лишь аттестатом о среднем образовании, вы можете стать начальником полиции в каком-нибудь маленьком городке, обзавестись четырьмя женами, машиной, домом, деньгами и оружием», — говорит научный сотрудник по исламоведению немецкого консультационного центра Grüner Vogel Каан Мустафа Орхон.

По словам Орхона, за последние 25 лет модель вербовки радикально изменилась. Если раньше, как в случае с гамбургской террористической ячейкой, куда входил один из организаторов терактов 11 сентября Мухаммед Атта, организации искали высокообразованных людей, способных действовать самостоятельно и руководить, то сегодня им нужно «как можно больше пехотинцев в качестве пушечного мяса». По его мнению, салафизм превратился в молодежное движение, ориентированное на молодежь в возрасте от 15 до 35 лет. При этом важную роль играют инфлюенсеры, которые получают колоссальную прибыль от радикализации.

Издание приводит в пример случай немецкого инфлюенсера с сотнями тысяч подписчиков в TikTok, известного как «Абдельхамид». В июле 2025 года он был приговорен к трем годам тюрьмы за мошенничество с пожертвованиями в коммерческих масштабах: блогер собрал около полумиллиона евро якобы для помощи жителям Газы, однако, по данным немецких СМИ, лишь небольшая часть этих денег была передана на благотворительность.

Эксперт также отмечает значительные изменения в гендерном составе сторонников экстремистского движения. Если раньше среди них было 95–99% мужчин, то сейчас это соотношение составляет примерно 75% на 25% женщин. На это повлиял контент инфлюенсеров, ориентированный на женскую аудиторию. Например, продажа тематических наборов, включающих платки, одежду, коврики для молитвы, литературу и парфюмерию. «Люди платят за вещи, которые могли бы получить бесплатно в мечети», — говорит Орхон.

По словам эксперта, социальные сети также облегчают прямое взаимодействие с исламистами в Сирии или Афганистане. «Так называемых одиночек не бывает. Даже если кто-то действует в одиночку, он обычно получает инструкции. Почти все нападавшие готовили свои акции вместе с людьми в Сирии», — утверждает Орхон.

Специалист объясняет, что у молодых людей часто есть неудовлетворенные личные потребности, которые могут реализовать вербовщики. Проповедники часто берут на себя роли авторитетов или заменяют для молодых людей фигуру отца, женщины старшего возраста выступают в роли матерей, а сверстники — старших братьев и сестер. «Молодым людям предлагают миссию. Они становятся частью чего-то большего, якобы внося свой вклад в улучшение жизни человечества», — говорит ученый.

Для вербовки, особенно когда речь идет о женщинах, активно применяется тактика «бомбардировки любовью», когда новообращенных одаривают чрезмерным вниманием и похвалой в интернете, чтобы затем, резко оборвав связь, сделать их более уязвимыми для дальнейшего контроля.

С 2019 года Орхон работал с 40 женщинами, связанными с «Исламским государством» (запрещенная в России террористическая организация), и ни одна из них не вернулась к экстремизму. Мотивацией к выходу часто становится несоответствие реальности ожиданиям: изоляция, ограничения на музыку, домашних животных, самовыражение или травматический опыт, включая сексуальное и домашнее насилие или потерю детей из-за некачественного медицинского обслуживания.

При этом, как утверждает Орхон, выход из радикальной среды непрост, но возможен. «Реинтеграция — сложный процесс. Радикализация не является необратимой, и, к сожалению, выход из нее тоже не является таковым», — подчеркнул Орхон.