Тайная сторона векового успеха

Московский художественный театр имени Чехова отмечает юбилей. Ровно 110 лет назад труппа созданная Станиславским и Немировичем-Данченко выпустила свой дебютный спектакль и заставила говорить о себе всю Москву.

Век и десятилетие спустя МХТ, которым сейчас руководит Олег Табаков, по-прежнему один из ведущих российских театров, в котором служат любимцы публики, народные и заслуженные артисты.

Успех любой постановки — это не только блестящая актерская игра и талант режиссера, но и заслуга тех, кто остается за кулисами. Скромные работники сцены МХТ стали героями репортажа корреспондента НТВ Ильи Бухтуева.

Тщательно скрываемая от посторонних усталость. Актрисы МХТ к концу недели сбились со счету, какая уже по счету фотосессия посвященная юбилею.

За два час до спектакля начинаются сборы Ирен Сухаревой. В этом царстве париков и тазиков с бигуди она безошибочно выберет то, что нужно. А нужно сделать легкую прическу актрисе Васильевой.

Ирен Сухарева, художник Московского театра им. А. П. Чехова: «Делаем одно дело. Театр — искусство коллективное. Актер делает внутренний образ, мы — внешний образ».

Женщину, к которой в костюмерном цехе обращены почти все вопросы, зовут Елена Петровна Афанасьева. Она без запинки ответит, какие трусы нужно надевать с какими панталонами.

30 лет в МХТ, а звук швейной машинки не надоел, он по-прежнему любим. Елене Петровне известны все тайны актрис, например, кто поправился за месяц. Скрыть недостатки, выделить достоинства, сделать так, чтобы костюм не мешал, а помогал на сцене.

Елена Афанасьева, художник-модельер Московского художественного театра им. А. П. Чехова: «Костюмы-то ведь для людей. А люди во МХАТе -товар штучный. И обслуживающие этих штучных актеров люди — тоже штучный товар. Поэтому люди здесь не случайные, ни одного человека здесь случайного нет».

Задача Натальи — не запутаться в кнопках пульта и рации. Помощник режиссера в театре словно дирижер: без отмашки струна не лопнет, занавес не поднимется, звонок не прозвенит.

Наталья Кольцова, помощник режиссера Московского художественного театра им. А. П. Чехова: «я работаю по сигналу от красной лампочки. Если она загорелась, мне нужно приготовиться, то есть будет какой-то спецэффект. Если лампочка выключилась, то идет како-то действие, например, поехал забор. Не дай бог прозевать».

Когда все отрепетировано, многократно проверено, на сцене порядок, реквизиты в нужном месте, то актеры бегут к гримерам.

Валерия Малыхина, гример Московского художественного театра им. А. П. Чехова: «Нашу профессию можно сравнить с профессией рествратора. А если без смеха, то наша работа очень своеобразная профессия. Это все ветви одного древа — парикмахер, косметолог, гример. Маляры человеческой души. Как меня дразнил покойный Валентин Абрамов, такой артист хороший в театре Пушкина, он дразнил — натюрмордистка Лера».

Актера Эдуарда Чекмазова состарили на 20 лет и сделали злым. На это ушло десять минут. Никакого мошенничества, только ловкость рук гримера.

Но самая напряженная работа у машинистов сцены, гримеров и костюмеров во время спектакля. Они напоминают механиков «Формулы-1», которым нужно за несколько секунд поменять старые колеса на новые. Это только на первый взгляд кажется, что за кулисами во время спектакля царит полная неразбериха. На самом деле здесь каждый точно знает, что делает. Работают слаженно, сосредоточенно, без паники и лишних движений.

Кирилл Серебренников, режиссер Московского художественного театра им. А. П. Чехова: «Люди, которые здесь работают годы, это проверенные люди. Это люди, которые по-настоящему любят театр. Это люди, которые работают не за деньги, не за славу, а из-за глубокой, настоящей, просто человеческой привязанности к этому большому и такому странному делу под названием „театр“. И они, конечно, абсолютно святые».

А то, что этим людям никогда не присвоят звания народных, и то, что вся слава достанется актерам, это ничего, они не в обиде. В Московском художественном заметен труд каждого, а овации — одни на всех.