Кубинская медицина оказалась на грани краха

64-летняя Роза Валентина Перес, пережившая операцию по удалению рака груди, уже три недели лежит в главном онкологическом центре Кубы в Гаване. Ей срочно нужна компьютерная томография, чтобы диагностировать потерю подвижности в ногах и узнать, не дал ли рак метастазы в позвоночник. Но единственный работающий КТ-сканер в столице находится в неврологической больнице, а очередь туда — огромная.

«Вы даже не представляете, каково это — испытывать такую боль, знать, что твоя жизнь укорачивается, и слышать от врачей: „Посмотрим, когда мы сможем сделать это обследование“», — рассказала она.

Перес родилась через несколько лет после того, как Фидель Кастро и его соратники свергли поддерживаемого США диктатора и установили коммунистическую систему, обеспечившую бесплатное и качественное здравоохранение и образование для всех.

Система здравоохранения, в частности, стала венцом революции, и Кастро направил врачей по всему миру, чтобы продемонстрировать достижения Кубы. Но сейчас эта система находится на грани краха: пандемия COVID-19, ужесточение санкций США и энергетический кризис, усугубленный шестимесячной топливной блокадой, введенной президентом США Дональдом Трампом, поставили ее на грань катастрофы.

Многодневные отключения электроэнергии, острая нехватка лекарств, массовый отток медицинского персонала за границу или в частный сектор для получения более высокооплачиваемой работы, а также постоянные поломки устаревшего оборудования создали идеальные условия для кризиса в кубинских медицинских учреждениях.

Правительство, испытывающее нехватку средств, сосредоточило ресурсы на нескольких приоритетных областях, включая онкологию, кардиологию, нефрологию, а также охрану здоровья матери и ребенка. Но и эти ведомства находятся на грани краха.

По словам директора Национального института онкологии и радиобиологии (INOR) Кубы Луиса Эдуардо Мартина, 80% оборудования, используемого для диагностики и лечения, устарело или сломано. Очередь на лучевую терапию в институте превышает 1,2 тысячи человек. «Мы назначаем лекарства, иногда не имея возможности проверить, оказывают ли они ожидаемый эффект, потому что у нас нет реагентов или оборудования для контроля», — заявил Мартин.

Тяжело приходится и детям. Согласно правительственным данным, уровень выживаемости детей с онкологическими заболеваниями упал с 85% до 65%. Мариуска Фортеза, глава педиатрического онкологического отделения INOR, рассказала, что количество рутинных, но крайне важных анализов крови сокращается из-за нехватки оборудования и топлива для перевозки образцов между больницами. «Очень тяжело осознавать, что ты можешь спасти ребенка, повысить шансы на выживание, но не можешь этого сделать, потому что твои руки связаны», — сказала она.

Техники работают круглосуточно, пытаясь починить оборудование. «Иногда мне приходится приезжать в больницу в полночь или в два часа ночи, чтобы отремонтировать оборудование, и пациент мог начать лечение», — рассказал AFP техник по ремонту Алексис Амадо Домингес.

Кардиохирургия также в упадке. Доктор Хосе Эстебан Абреу из Национального института кардиологии и сердечно-сосудистой хирургии сообщил, что количество операций на сердце упало с более чем 400 в 2018 году до едва 100 в настоящее время. Около 130 пациентов ждут установки кардиостимуляторов.

В отделении диализа больницы «Эрманос Амейхейрас» медсестры перегружены работой. Руководитель нефрологического отделения Ямара Кастро рассказала, что сеансы диализа пришлось сократить с четырех до двух часов, чтобы охватить больше пациентов и «избежать переутомления единственного персонала, который у нас есть». «Когда вы сокращаете период гемодиализа, вы укорачиваете жизнь», — сказала она, добавив, что служба держится на «чистом сострадании».

Один из ее пациентов, 81-летний Нельсон Компаньони, рассказал, что часто боялся, что оборудование выйдет из строя до окончания сеанса. «Вы видите, как медсестры стоят на коленях и стучат по нему, чтобы оно заработало», — описал он.

По материалам: ABS-CBN News.