США проигрывают: война с Ираном может похоронить американскую гегемонию

Иран запускает противокорабельные ракеты в сторону американских кораблей в Персидском заливе — на неделе было атаковано три эсминца. США отвечали ударами по судам КСИР и танкерам, зашедшим в иранские порты в нарушение американской блокады. А в Арабских Эмиратах звучали сирены и взрывы ракет-перехватчиков, отражавших атаки на нефтяные терминалы Фуджейры. В прессе все это прямо называют боевыми действиями, но Вашингтон пока предпочитает делать вид, что ничего особенного не происходит. То ли и вправду избегает эскалации, то ли готовится обострить сам.

Ник Харпер, корреспондент CNA в Вашингтоне: «Ситуация выглядит очень странно: стороны обменялись ударами, каждая обвинила другую в том, что та первой открыла огонь. При этом США заявляют, что соглашение о прекращении огня по-прежнему действует и переговоры продолжаются».

О переговорах в основном известно из заявлений того же Белого дома, который опять называет контакты с Тегераном «очень хорошими», но реальных предпосылок для урегулирования пока не видно. Трамп твердит, что главная цель операции — не допустить появления у Ирана ядерного оружия, что, по его мнению, должно означать полный отказ от обогащения урана. Тегеран с этим не согласен. Как не хочет он и отказываться от дальнейшего контроля над Ормузским проливом, который, очевидно, стал главным ключом к этой головоломке. В Вашингтоне на неделе успели объявить, а уже через день отменить операцию, которая должна была обеспечить проход судов через Ормуз. «Свобода», как называлась несостоявшаяся американская акция, закончилась там, где началась иранская свобода оперативного управления проливом.

Эдвард Фишман, директор Центра геоэкономических исследований при Совете по международным отношениям: «Этот проект был обречен с самого начала. Вчера прошло два корабля, а сегодня — ноль. Мы по-прежнему в тупиковой ситуации, когда, чтобы закончить нефтяной кризис, нам нужно открыть Ормузский пролив. Но мы не добьемся этого без какого-то дипломатического решения».

Альфред Маккой, профессор истории в университете Висконсина: «На планете нет другого места, которое было бы настолько критически важным для функционирования всей мировой экономики. И именно здесь США, крупнейшая мировая держава, в противостоянии с ослабленной страной среднего размера, Ираном, проигрывает и обнажает пределы своей силы».

Персидский залив, где США много десятилетий считали себя почти хозяевами, вот-вот окажется водами, в которых американское могущество и потонет, предупреждают эксперты.

Американский инвестор-миллиардер, а также исследователь новейшей истории упадка и расцвета империи Рэй Далио считает, что Ормузский пролив может стать для Вашингтона тем же, чем в свое время стал Суэцкий канал для Лондона. В 1956 году Египет национализировал Суэц, и это поставило крест на Великобритании как сверхдержаве. И дело не только в деньгах, которые Лондон потерял, а в том, что изменилось отношение — Великобританию больше не считали сильным государством. Ормуз, считает Далио, может стать последним тестом для американской гегемонии.

Из зримых на тот момент результатов для Британии стала демонстрация военной беспомощности, разрушение прежних союзнических отношений в регионе, замедление экономики, инфляция и падение фунта стерлингов, которому вынужден был помогать даже МВФ. У США есть шансы повторить все это по пунктам, уверены экономисты.

Ричард Вольф, профессор экономики Массачусетского университета: «События развиваются очень быстро, и доллар слабеет. Да, он по-прежнему остается самой важной мировой валютой, но он уже далеко не доминирует, как когда-то. Можно утешать себя тем, что более 50% центральных банков мира хранят свои резервы для поддержания собственной валюты в долларах, и это правда. Но раньше их было 80%».

Тоби Джонс, доцент кафедры истории Ближнего Востоке в Ратгерском университете: «Напав на Иран, Трамп ускорил, или, по крайней мере, прояснил ограниченность американской экономической и военной мощи. США участвовали в 50-летнем имперском проекте в регионе по защите интересов, собственных и своих союзников, которые все так или иначе связаны с нефтью. А эта война быстро разрушила условия, которые делали это возможным изначально».

Правда, и изначально едва ли не главной занозой уверенно вступивших на покинутый Британией Ближний Восток американцев был все тот же Иран. Исламская революция 1979 года в этой стране, помимо других судьбоносных для региона последствий, по сути, перекрыла доступ западным странам, в первую очередь США, к иранским ресурсами. К тому же дверь перед ними захлопнули не просто громко, но и при обстоятельствах, которые в Америке до сих пор считают неотомщенным позором. Осенью 1979 года радикально настроенные тегеранские студенты, требовавшие выдачи свергнутого и сбежавшего в США иранского шаха Пехлеви, смогли захватить 60 сотрудников американской дипмиссии. Инцидент перерос в затяжной кризис, попытка силового освобождения армией США провалилась, заложников отпустили лишь спустя год и три месяца — в результате переговоров. Это, кстати, тогда поставило крест на попытках переизбраться президента Джимми Картера, а нынешний хозяин Белого дома, в ту пору 35-летний бизнесмен Дональд Трамп, призывал к военному вторжению в Иран.

Джеффри Сакс, профессор политологии Колумбийского университета: «Мы выставляем Иран злом, потому что он совершил нечто неприемлемое для США, и это не связано с ядерным оружием. Это уходит корнями в 1979 год. Они вырвались из-под контроля американской империи, они вырвались из-под контроля ЦРУ. И с тех пор эта война продолжается под разными предлогами, с разными объяснениями».

Впрочем, нынешняя военная кампания США явно продиктована не только незакрытыми счетами 47-летней давности. Часто кажущийся непоследовательным Трамп, очевидно, преследует вполне рациональные цели. Его идеологические оппоненты — глобалисты, — если и заставили весь мир подумать, что борьба за торговые пути осталась в далеком средневековом прошлом, то ненадолго.

Немецкая Die Welt публикует красноречивую карту, где обозначены как минимум девять морских проходов, включая Ормуз, которые могут разрушить мировую экономику, какой мы ее пока знаем.

Пепе Эскобар, журналист, геополитический аналитик: «21-е столетие станет веком войн за транспортные коридоры, а иранский конфликт — это поход против многополярности. Цель номер один — это, конечно, Китай и его взаимосвязанность в евразийском пространстве. В рамках китайской инициативы „один пояс, один путь“ несколько коридоров с Востока на Запад проходят именно через Иран. США могли бы провернуть что-то подобное и в Малаккском проливе».

Малаккский пролив, соединяющий Индийский и Тихий океаны у берегов Индонезии, Малайзии и Сингапура, имеет для Китая значение едва ли не большее, чем Ормуз. Через него проходят все те же нефть и сжиженный газ, да и вообще 40% всей мировой торговли. Вокруг него уже началась подозрительная активность. Министр войны Хегсет месяц назад тепло принимал в Вашингтоне своего индонезийского коллегу, обсудив в том числе и партнерство на море. А министр финансов Индонезии заговорил о том, что можно было бы взимать плату за проход через пролив по иранскому примеру. Джакарта сама же это и дезавуировала, но постановка вопроса напугала многих. Глава сингапурского МИДа предрекает катастрофу.

Вивиан Балакришнан, министр иностранных дел Сингапура: «Если нас втянут в войну Тихом океане, тогда то, что вы сейчас видите в Ормузском проливе, покажется всего лишь репетицией кошмара».

Дестабилизация Ближнего Востока может оказаться модельным для США конфликтом в попытках демонтажа ресурсных сетей конкурентов, например, того же Китая. Тем более что несмотря на колоссальные расходы, война выглядит более быстрым и дешевым способом сохранения глобального превосходства по сравнению с долгой и дорогостоящей работой по выстраиванию новых связей.

Гильермо Рокафорт, профессор экономики Европейского университета в Мадриде: «США будут пытаться сохранить свое доминирование в мире, который уже стал многополярным. Им крайне трудно принять новые правила игры. Сейчас они пытаются решить ситуацию привычными для однополярного мира методами — через давление, угрозы и принуждение».

Жак Сапир, профессор экономики Парижской высшей школу социальных наук: «Происходящее вокруг Ирана невозможно считать каким-то временным сбоем, он перестал им быть уже через две недели после начала войны. А она, без сомнений, ускорит процесс фрагментации международных торговых отношений. Страны БРИКС — Китай, Россия, Бразилия и Индия, — кстати, поняли, что происходит, раньше других и начали объединяться, еще когда президент Обама занимался Ираном».

Президент Трамп, недавно сравнивший американские военно-морские силы с пиратами, имея в виду лихость, проявленную ими в Персидском заливе, вызвал не только очередную порцию насмешливых пародий от иранских аниматоров, но и вполне серьезное беспокойство в мире. Стиль абордажных атак под крики «Пиастры, пиастры!» может отправить на дно не только саму Америку, но и всю глобальную стабильность.

Все выпуски программы «Итоги недели» на NTV.RU