• ТВ-Эфир
  • Стиль
  • Право
  • Сериал

    Что вам найти?

    Найти
    • 1271
    • 0

    Скульптурный тренд: Эрмитаж и Петергоф спасают оригинальные шедевры «двойниками»

    Скульптурный тренд: Эрмитаж и Петергоф спасают оригинальные шедевры «двойниками»
    • Скульптурный тренд: Эрмитаж и Петергоф спасают оригинальные шедевры «двойниками»
    • Запад ожидаемо отреагировал на принятие новых территорий в состав РФ
    • Путин: Россия создала современную Украину
    • Путин пообщался с юной поэтессой из ДНР на Красной площади

    Суровый питерский климат диктует свои условия шедеврам мировой скульптуры, хранящимся в знаменитых музеях Северной столицы. Их заменяют на копии, чтобы выставить в закрытых залах.

    Поделитесь этой новостью

    Тренд этого лета в Петербурге — скульптуры для загородных домов и парков. Причем это не банальные птички, слоники и гномики, а искусно сделанные копии мировых шедевров. Впрочем, копии украшают не только газоны состоятельных петербуржцев.

    Всемирно известные музеи тоже меняют оригиналы. Русский заменил скульптуры в Летнем саду, Петергоф открыл Шахматную горку с копиями, а Эрмитаж сейчас в процессе замены цинковых статуй на бронзовые. Музейщики говорят, что таким образом они сохраняют культурное наследие.

    Тему продолжит корреспондент НТВ Андрей Курицын.

    Каждый год туристы увозят из Петербурга миллионы одинаковых фотографий Эрмитажа. Но редкий турист, оказавшийся здесь, на Миллионной улице, воскликнет: «А Рубенс-то ненастоящий!» В 1954 году фигура великого голландского художника упала с фасада Эрмитажа. Собирали ее буквально по частям, а затем с нее же отлили точную бронзовую копию. Поддельный Рубенс отличается от оригинального по цвету: бронзовая скульптура светлее, чем цинковая. В остальном же — по пропорциям и форме — копия верна.

    В реставрационном центре эксперты установили причины гибели подлинного Рубенса. Виноваты микровибрация фасада и не в последнюю очередь — трещины в самой скульптуре. Повлиял, конечно, суровый петербургский климат: под открытым небом все цинковое семейство Нового Эрмитажа обречено на вымирание.

    Валерий Лукин, главный архитектор Государственного Эрмитажа: «Цинк-сырец — это материал грязный, в нем присутствует до 10 процентов примесей: железо, свинец. Цинк-сырец с годами дает деструктуризацию самого материала. Это мелкие трещины, до раскрытия практически на всей скульптуре».

    Художники Возрождения, греческие ваятели и другие важные фигуры — всего их полтора десятка — переедут в запасник «Старая деревня». А после реставрации займут новое место в специально подготовленном зале на металлических постаментах. Это будет открытое хранение. Скульптуру увидят не только научные работники, но и обычные туристы.

    Похожие свойства, но совсем не тот внешний вид фигур. Слишком глянцевые. Их кто-то поначалу даже принимал за пластиковые. Это главный упрек в адрес реставраторов Летнего сада. Беспрецедентный проект — одновременная замена ансамбля из 92 скульптур на копии обернулся многочисленными спорами, которые не утихают до сих пор.

    Самой драматичной оказалась судьба Аполлона. По некоторым версиям, его статуя украшала фасад Михайловского замка. Затем опустилась до постамента старого Летнего сада. И, в конце концов, поселилась в зале антиков. Такая типичная современная метаморфоза: скопировали, а потом из садово-парковой скульптуры разжаловали в музейно-кабинетную.

    Михаил Мильчик, член президиума Санкт-Петербургского отделения ВООПИК: «Это процесс печальный, но неизбежный. Но при одном очень важном условии: должны быть максимально точные копии не только по облику, но и по материалу. Копии нужно выполнять в том же материале. Я отлично себе отдаю отчет, что это очень не дешевое удовольствие».

    Принимаясь за Шахматную гору в Петергофе, реставраторы сделали поправку на уроки Летнего сада. Копии скульптур штамповали из той же мраморной крошки. Но от режущей глаз белизны избавились с помощью специального красителя. А поверхность сделали матовой.

    Полностью сымитировать налет времени, конечно, не удалось,- но к подлиннику чуть-чуть приблизились. На упрек: мол, в Италии копии делают из цельного мрамора, хранители заповедника отвечают: на Апеннинах и климат мягче, и запасы побогаче будут.

    Виль Юмангулов, хранитель фонда скульптуры ГМЗ «Петергоф»: «У итальянцев столько скульптуры, что они с этим как-то смиряются. И часто можно видеть, как процесс разрушения мрамора зашел настолько далеко. Но они считают, что привносить в оригинал новодельные элементы недопустимо».

    В заповеднике пока не решили, что делать с оригинальной скульптурой. Прятать в запасник не хочется, а выставлять пока негде. Рассматриваются несколько вариантов: галерея Большого дворца, павильон в Верхнем саду или ссылка в Ораниенбаум. Все-таки садово-парковая скульптура требует большого внимания и пространства.