• ТВ-Эфир
  • Стиль
  • Право
  • Сериал

    Что вам найти?

    Найти

    Биологический отец отсудил квартиру у семьи погибшего в Шереметьево бортпроводника

    Биологический отец отсудил квартиру у семьи погибшего в Шереметьево бортпроводника
    • Биологический отец отсудил квартиру у семьи погибшего в Шереметьево бортпроводника

    Может ли мужчина, оставивший семью и двухлетнего ребенка, через много лет претендовать на наследство погибшего сына? По закону может, но это не укладывается в голове матери героя-бортпроводника с SSJ-100 Максима Моисеева, спасавшего пассажиров из горящего самолета в аэропорту Шереметьево.

    Поделитесь этой новостью

    В небольшой комнате Максима Моисеева все вещи на тех же местах. Для бывшего мужа Юлии Каревой это всего лишь недвижимость, которую хорошо бы поделить. Биологический отец заявил права на наследство сына. 21-летний бортпроводник SSJ-100 погиб, спасая пассажиров самолета, загоревшегося при посадке в аэропорту Шереметьево. Стюарт, знающий каждый сантиметр самолета, конечно, мог тогда, в мае 2019-го спастись. Но добровольно отправился в хвостовую часть лайнера и до последнего координировал спасение перепуганных пассажиров. Пока сам еще мог удержаться на ногах.

    После трагедии отец Максима, вспоминает его младший брат Никита, появился дважды. Сперва в аэропорту, а затем, спустя месяц, в кабинете нотариуса. Мужчина посчитал, что имеет право получить половину доли сына в квартире и часть страховых выплат.

    Никита Карев, брат Максима: «Не в деньгах дело, дело в памяти. Вся жизнь Максима здесь прожита. И просто пришел человек и отнял?»

    И если де-юре Дмитрий Моисеев на вполне законных основаниях претендует на часть имущества погибшего, то де-факто, говорит мать Максима, справедливым такое решение назвать сложно. Мужчина ушел из семьи, когда ребенку исполнилось 2 года. И с тех пор будто забыл о существовании бывшей жены и сына.

    Юлия Карева, мать Максима Моисеева: «Как мы развелись, он его ни разу не видел. У него не нашлось времени с ним встретиться. Мы не были против, ему никто не запрещал».

    Сам же Дмитрий уверяет, что его оболгали. Якобы и деньги изредка переводил на содержание.

    Дмитрий Моисеев, отец Максима Моисеева: «90% того, что она говорит, это полная ложь».

    Пояснять не стал, «не хочет выносить сор из избы выносить». Звучит благородно, но в искренность бывшего зятя не верит Татьяна Ерохина — бабушка Максима, которой и принадлежат квадратные метры. Ее муж получил эту квартиру в Москве за выслугу лет. Треть недвижимости супруги оформили на любимого внука. А теперь, получается, семья должна делить свое имущество с посторонним человеком.

    Татьяна Ерохина, бабушка Максима: «Сначала он проявил благородство. Когда ему позвонили из соцобеспечения, сказали про выплаты, он приехал и отказался. А через месяц вернулся с адвокатом, сказал, что был не в себе и хочет все».

    Суд Дмитрий Моисеев уже выиграл. Но семья Максима очень надеется, что решение суда удастся оспорить, они уже подали апелляцию.