• ТВ-Эфир
  • Стиль
  • Право
  • Сериал

Что вам найти?

Найти
// ]]>

Крутой винтаж

Крутой винтаж

Какую прибыль делают на брендах, рожденных в СССР? Почему советской школьной формой торгуют в секс-шопах?

30
0
Поделитесь этой новостью

Продавцы прошлого. Как ни странно, но именно они в числе тех, кто в период финансовых трудностей с некоторой долей уверенности смотрит в будущее. Торговля советской символикой приносит неплохие деньги, да и на социалистическом дизайне капитал вполне можно сколотить.

Психологи говорят, что когда появляется фактор стресса, у людей срабатывает механизм регрессии возраста — желание почувствовать себя молодым, отодвинуть взрослые проблемы. Для тех, кто рос в 60-е или 70-е, такие времена ассоциируются с СССР. Ностальгический спрос рождает ностальгический бизнес.

Особенности последнего изучил корреспондент НТВ Алексей Кондулуков.

По выходным дням дизайнер Андрей Павленко встает как никогда рано — в пять утра. Время охоты. Его угодья — столичные блошиные рынки, россыпи воспоминаний. Сокровища советских чуланов растут в цене, утверждают старьевщики, в России мода на винтаж — старое в новом обрамлении.

«Советское — значит, отличное!» — звучит почти без иронии. Покупатели атакуют магазины старых елочных игрушек, спекулянты скупают советский фарфор, энтузиасты реанимируют автоматы «Морской бой».

Уже более двух лет в Москве существует Музей советских игровых автоматов. Записываются по несколько экскурсий в день, люди всех возрастов — и взрослые, и дети. Но взрослые, похоже, получают удовольствия больше. Забытые восторги и неожиданные открытия — например, то, что всю игровую электронику создавали военные заводы.

Александр Стаханов, создатель Музея советских игровых автоматов: «Им надо было выполнять финансовый план по выработке гражданской продукции на год. Поэтому производители и разработчики включали туда много дорогой электроники».

Кто бы подумал, сегодня востребован даже советский общепит! Рюмочные и чебуречные воскрешают призрак коммунизма.

Светлана Крылова, кассир-буфетчик чебуречной: «Идут в основном на название, именно в советскую чебуречную. У нас же там знак качества вывешен, идут именно на это. Заходят и рассматривают. Много дают советов из прошлого, что раньше чебуреки были с бульончиком. Прислушиваемся».

В бывшем Институте марксизма-ленинизма расположился ресторан «Служебный вход» — совсем не советские цены. Кафе «СССР» есть почти в каждом городе, в Петербурге — гламурный бар с дискотекой.

Евгений Завалин, совладелец ресторана: «Молодежь знает, что СССР — это просто бренд, и ночью приходит танцевать».

На Доске почета — ударники танцпола, «продвинутые» и «актуальные».

Школьница: «Я ищу платье на „последний звонок“. Мне хотелось что-то оригинальное, поэтому я решила в советском стиле купить платье».

Советскую школьную форму удалось найти только в секс-шопе. Производители уже спешат удовлетворить неожиданный спрос и ведут судебные тяжбы за самые незамысловатые торговые марки. Как знаменитая закуска застойных времен — сырок «Дружба», увековеченный в памятнике.

На полках «Гастронома №1» в столичном ГУМе — почти тысяча советских наименований: соки и воды, тушенки и сгущенки, номенклатурные деликатесы и просто ностальгия в консервах.

Леонид Парфёнов, автор цикла «Намедни 61–91»: «Печенье „Юбилейное“. Оно всегда выпускалось при советской власти и таким оно нам досталось от советской власти. На самом деле „Юбилейное“ оно потому, что было выпущено первый раз к 300-летию Дома Романовых. Советская власть на это не обращала внимания. Что сделала постсоветская власть? Она оставила „Юбилейное“, которое к 300-летию Дома Романовых, но которое не воспринималось так советской властью, и написала „Большевик“ — так называется эта фабрика. И еще — „Москва, 1855 год“».

Понятно — тогда и слова «большевик» еще не существовало. Крутой винтаж! А все дело в том, что никакой памяти о капиталистической России ни у кого нет, вот и вернулись к советскому, считает следопыт эпохи.

Леонид Парфёнов: «А вот это аутентичненько».

«Старые песни о главном» — это когда-то, в середине 90-х, была не более чем игра со стилем, а сегодня музыкальное ретро чуть ли не главный мотив, отмечают устроители «Дискотеки-80-х». Под нее ностальгирует самое кредитоспособное сейчас поколение.

Андрей Костин, продюсер фестиваля «Авторадио, Дискотека 80-х»: «То есть, мы пришли к тому, что сейчас фактически мы определяем тренды, и это может быть и не очень хорошо. Потому что мне это немножко напоминает ситуацию, которая была в Советском Союзе, музыкальные программы радио „Маяк“ были заточены на аудиторию старшего возраста, поэтому молодежь уходила в подполье и слушала „Наутилус“. Слушала „Машину времени“ и не слушала официальную эстраду».

«Возрождены, чтоб сказку сделать былью», — говорит о советских брендах и трендах бывший подпольный диск-жокей. Светлый образ Советского Союза, почти полностью выдуманный уже тогда.

Андрей Костин: «О чем ностальгирует публика? Это некая придуманная жизнь, потому что в старое доброе время мы существовали в двух мирах. Один был нереальный, а другой — такая серенькая действительность».

Впрочем, и без агитпропа народная память сама по себе лучший цензор, объясняют социологи. Неприятное забывается, и страну накрывает волна ретрокульта.

Никита Покровский, заведующий кафедрой общей социологии Высшей школы экономики: «Историческое эхо предшествующей эпохи…Эхо идеализирует многое из того, что мы не помним и не хотим помнить. А когда нам напоминают — в том числе ученые, историки и социологи — о том, что было, это очень быстро вытесняется из сознания людей. Мы не хотим этого знать, потому что мы не хотим этого знать никогда. Помнить это».

Бороться с забывчивостью стараются на телеканале «Ностальгия». Повторяют телепрограммы двух- и трехдесятилетней давности. «Рожденных в СССР» приглашают в студию, стилизованную под ремонт.

Владимир Ананич, генеральный продюсер телеканала «Ностальгия»: «Как при ремонте ничего невозможно выкинуть, потому что каждая деталь, каждая вещь, она дает воспоминание, и она отсылает к тому времени, когда мы были молодыми».

Кстати, в прошлом веке ностальгия считалась душевной болезнью. Гости студии делятся своими рецептами. Музыкант Сукачёв пробовал советский портвейн.

Гарик Сукачев, музыкант: «Купил портвейн, пришел домой, поставил пластинку „Лед Зеппелин“. Открыл пробку зубами, выпил стакан портвейна „Кавказ“ и понял — все, юность кончилась!»

Впрочем, ностальгия может быть плодотворной не только для телерейтинга, но и культуры в целом, считают художники. Взаимное обогащение эпох.

Юрий Алексеев, дизайнер: «Культура так устроена, это ее, можно сказать, обмен веществ — есть цикл в 15, 20, 25 лет, и она неизбежно обращается к каким-то предыдущим эпохам».

У художника Юрия Алексеева в последнее время все заказы на стилизацию под советское время. «Столовая-57», или кафе «Фестивальное», для которого он изобрел новый стиль — «сталинский фастфуд», хоровод народностей вокруг еды. Через 5–10 лет, по его словам, придет другая мода — на лихие 90-е.