Сегодня и всю минувшую неделю в Москве во время круглых столов и на конференциях вспоминали дипломатический документ, оказавший такое влияние на судьбы мира, какое документы редко оказывают.
Ровно 70 лет назад, 23 августа 1939 года, министры иностранных дел Вячеслав Молотов и Иоахим фон Риббентроп подписали пакт, вошедший в историю под их именами. Хотя строго говоря, это не совсем верно — это был личный договор между Сталиным и Гитлером.
Суть прений этой недели такова: был ли Сталин прав, пойдя на договор с нацистами? Многие доказывают, что был, ибо пакт дал Советскому Союзу время лучше подготовиться к войне. Другие парируют: где же тогда результат этой подготовки? Ведь первые месяцы войны обернулись для СССР военной катастрофой. А много лет трусливо скрываемое секретное приложение, растерзавшее Польшу и Прибалтику на германскую и советскую зоны, и вовсе облегчило задачу немцам. У будущих врагов появилась общая граница, и летом 1941 года все территории, отошедшие Москве, были оккупированы.
Корреспондент НТВ Антон Вольский разворошил архивы.
70 лет назад стены Кремля в первый и единственный раз услышали «Хайль Гитлер!» После подписания договора на торжественном приеме Сталин поднял тост за столь любимого всеми немцами фюрера. Немецкий министр вскинул руку и ответил привычным приветствием. Наступила мертвая тишина.
В тот вечер все были в прекрасном настроении, и каждый был уверен, что надул своего партнера по переговорам. Сталин, по воспоминаниям, воскликнул: «Обманул Гитлера!», а Гитлер чуть позже радовался, что
Фюрер хотел завоевать Польшу, что и сделал через неделю. Но он боялся заступничества Москвы, ведь у советской армии тогда было численное преимущество во всех видах вооружений. Германия продавливала соглашение о ненападении все лето, обещая Сталину полмира.
Сергей Кудряшов,
Карту Европы перекроили сразу после подписания Договора о ненападении, но эту часть соглашения тут же засекретили. 50 лет советские историки утверждали, что никакого дополнительного протокола подписано не было и Сталин не участвовал в разделе Польши.
Матиас Уль, историк: «Немецкая сторона этого никогда не отрицала и даже использовала этот аргумент в Нюрнбергском процессе, чтобы показать, мол, не вся вина лежит на них. Но это, конечно, не подействовало. В германской истории это был давно известный факт».
Рассекреченные архивы показывают, что Сталин сам рисовал границу. Потом, войдя в азарт, расписался на будущей советской территории так, что его подпись протянулась от польского Радома до в то время польского же Ровно.
Сергей Кудряшов: «Известен даже анекдотичный случай. Риббентроп просил увеличить границы в пользу Германии, потому что он хотел в лесах охотиться на оленей. И Сталин своей рукой ему тут подрисовал. Взамен граница была исправлена в другом месте в пользу Советского Союза».
Выгода Гитлера от этого соглашения очевидна, и тут у историков вопросов не возникает. Он добился, чего хотел — СССР не стал союзником Англии и Франции, даже присоединился вначале к захвату Польши. А вот мотивы Сталина и по сей день вызывают споры.
Вячеслав Никонов: «Как говорил мой дед Вячеслав Молотов, подписавший этот договор: если бы тогда, в августе
Договор помог отсрочить войну — такова официальная версия советской и российской науки. Однако есть мнение, что, заключив мир, Сталин сам готовился напасть на Гитлера, считая, что начавшаяся война ослабит как Германию, так и Англию с Францией. И тогда империализму не устоять против Красной армии.
Вячеслав Молотов, нарком иностранных дел (архив): «Мы должны быть начеку в отношении тех, кто видит для себя выгоду в плохих отношениях между Советским Союзом и Германией».
Для простых советских граждан пакт Молотова — Риббентропа явился неожиданностью. Только накануне подписания ТАСС сообщил, что пришло время наладить отношения с Германией. «Произошедший по этому вопросу обмен мнениями между правительствами Германии и СССР установил наличие желания обеих сторон разрядить напряженность в политических отношениях между ними, устранить угрозу войны и заключить пакт о ненападении», — говорилось в сообщении.
И это после того, как тысячи советских добровольцев по призыву советской пропаганды отправились воевать против фашизма в Испании. После того, как сотни красноармейцев погибли при боях на озере Хасан и
23 августа — черный день в календарях Литвы, Латвии и Эстонии. Там этот договор считают началом советской оккупации.
Валтерс Нолендорфс, сотрудник музея оккупации Латвии: «Планы обоих режимов были агрессивными, и обе державы ни с чем не считались, особенно с суверенитетом и независимостью стран, которые располагались между ними».
Договор о ненападении между СССР и Германией, без сомнения, предопределил ход Второй мировой. Но сегодня, 70 лет спустя, согласно проведенному недавно опросу, треть россиян ничего о нем и не слышали.